На европейской стороне снова было проявлено какое-то несправедливое отношение к нам, то ли Нидерланды, то ли Бельгия, то ли обе одновременно приняли в своих парламентах решение против Азербайджана, причем по теме Карабаха. Честно говоря, я думал, что такого рода решения и резолюции остались в прошлом.
Во-первых, настало такое время, что даже сами армяне поняли, что поезд отправляется, ведутся мирные переговоры, и скоро люди будут готовиться купить билет на поезд до Еревана. В такой ситуации нет смысла копаться в старой шкуре, вырывать зарубцевавшуюся рану. Или, если выразиться резко, выходит: собака укусила — моль не кусает.
Во-вторых, нынешний геополитический курс мира привёл человечество к тому, что решения каких-либо парламентов, а также межгосударственные соглашения и резолюции ООН имеют уважение, подобное туалетной бумаге. В течение часа решения меняются на 180 градусов, друзья становятся врагами, союзники — врагами, народы-братья становятся кровавыми борцами, между братскими государствами случаются драки собак. Как говорится, «в таких условиях» пусть хотят принять против нас семь резолюций сразу — какая нам разница? Максимум — пару бочек крупы, пару-тройку килограммов икры потратим, и разговор заканчивается.
Однако при традиционных протестах Милли Меджлиса против этих резолюций мне попался один эпизод, который меня немного огорчил, потому что на трибуну, чтобы ответить Нидерландам и Бельгии, поднялся наш уважаемый оппозиционный депутат Эркин. Оказывается, Эркин в нашем Милли Меджлисе является членом группы дружбы с Нидерландами и тому подобным. Некоторые депутаты даже подшучивали над Эркином, предлагая распустить эту группу, бойкотировать поездки и т.п. Они хотят, чтобы Эркин больше не ездил в Амстердам. В нашем мире много плохих людей.
Кстати, этим иностранцам не стоит переходить границы, в управлении депутатов раньше были более резкие представители. Например, в 1990-х, когда депутаты германского парламента приезжали в Баку, один депутат, являвшийся членом группы дружбы с этими иностранцами, сказал на встрече так: «Эти оппозиционеры, Иса Гамбаров и Али Каримов, хуже немецких фашистов!» Вообще, были интересные времена, переводчики переживали довольно веселые дни.
Сейчас хочу сказать, что Эркин, чтобы отвечать Нидерландам, не самый удачный вариант. Опыт это показывает. Например, однажды ему дали слово на митинге оппозиции, и он сделал выступление, похожее на речь персонажа Шабана из фильма «Надежда Шабана» 1979 года с турецким актером Камалем Суналом: «Зачем я вышел сюда, зачем, как вышел — объяснений не нужно, вы сами видели, пошёл — вышел, но мог и не выйти».
Пишу это не в плохом смысле — Эркин Кадырали — очень образованный, активный кадр для ответов зарубежным чёрным силам. Разве у нас нет более тяжелого оружия?
В самом Нидерландах, что скрывать, есть хорошие кадры. Недавно мой дорогой друг Хикмет бей написал и прислал мне эту историю.
Один азербайджанец, просивший убежище в Нидерландах, перепробовав все пути, изображал из себя сумасшедшего, чтобы не выслали обратно, не депортировали в Азербайджан. Но врач в учреждении подозревал обман, часто проводил мониторинг в лагере для убежища. Однажды, когда наш соотечественник, красиво одетый и с букетом цветов, шел на встречу с женщиной, врач поймал его на улице и спросил, куда идет. Тот ответил: «Покойная мать приснилась, сказала приди к озеру в такое-то время, выйду из воды, встретимся...»
Врач проявил сочувствие, осторожно нажал на кнопку вызова бригады, и наш соотечественник был доставлен в больницу — так его дело наладилось.
Почему правительство и общество с такой талантливой диаспорой беспокоят Эркина?