XƏBƏR LENTİ

Sorğu

2020-ci ildən gözləntiləriniz nələrdir?

Nəticələr

“Yeddinci koğuştaki mucize”dən Azərbaycana təşəkkür

Türkiyədə ən çox izlənilən filmlər sırasında yer alan “Yeddinci koğuştaki mucize” filminin yaradıcıları azərbaycanlı izləyicilərə təşəkkür edib.

Bu barədə “Nizami Cinema” məlumat yayıb. Bildirilir ki, ekran işinin Bakıda izlənmə sayı 101 min 500 nəfəri ötüb.

Qeyd edək ki, filmdə baş rolu Aras Bulut İynemli və Nisa Sofiya canlandırıb. Ekran işi Türkiyədə 4 milyondan çox izlənilərək, son 40 ildə ən çox izlənilən filmlər sırasında 10-cu yerdə 10-cu yerdə qərarlaşıb.

Загрузка...

 Dostlarımızın xəbərləri

Бои на Донбассе и уроки для Азербайджана 

Международные гарантии безопасности не прошли проверку реальностью С востока Украины вновь приходят драматичные новости. Еще днем 18 февраля Украина сообщила о том, что «вооруженные формирования Российской Федерации атаковали позиции подразделений Объединенных сил», причем «оккупанты ведут обстрелы по нашим защитникам с запрещенного минскими соглашениями вооружения. Враг применяет минометы калибра 120 мм. Также противник ведет огонь из гранатометов различных систем и крупнокалиберных пулеметов. К сожалению, в результате вражеских обстрелов украинские защитники понесли тяжелые потери». Уже к вечеру стало известно, что украинской армии удалось отразить атаку и удержать позиции. А российские пропагандисты тут же вполне предсказуемо завопили об «украинском обстреле Донецка и Луганска». Но вот что примечательно. Российские обстрелы «накрыли» боевые порядки украинских 72-й и 93-й механизированных бригад в районе участка разведения Золотое-Орехово-Новотошковка. А это весьма чувствительный «участок». Небезызвестная «формула Штайнмайера», то есть «дорожная карта» урегулирования ситуации на Донбассе, предложенная тогдашним министром иностранных дел, сегодня — президентом Германии, предусматривала отвод украинских подразделений с этого участка. Линию фронта здесь держал батальон «Азов». И если Петр Порошенко принимать формулу Штайнмайера категорически отказывался, то нынешний президент Украины Владимир Зеленский с ней согласился и совсем недавно, в конце октября 2019 года, лично отправился в Золотое, чтобы убедить «Азов» уйти с занимаемых позиций. Затем диалог президента с добровольцами многократно цитировался в СМИ, в том числе в Minval.az — со всеми «послушай, я президент этой страны, мне 42-й год», «я ж не лох какой-то, я тебе пришел и сказал: оружие убери», «ты мне не переводи на акции» и т.д. И теперь украинская оппозиция вполне ожидаемо припоминает Зеленскому и весьма спорное согласие на «формулу Штайнмайера», и развод войск, и миротворческие инициативы на донбасском направлении. Но намеренно оставим в стороне гадания на украинском внутриполитическом поле. С этим пусть разбираются граждане самой Украины. Важно другое: нынешние события на востоке Украины имеют далеко не умозрительный интерес для Азербайджана. В информационном пространстве нашей страны вряд ли есть необходимость подробно объяснять, что и Карабах, и Донбасс по сути своей — это одни и те же «политтехнологии» внешней агрессии, слабо замаскированной под местный вооруженный сепаратизм. Который к тому же поощряется, поддерживается и вооружается одной и той же «державой». При всей схематичности такой параллели, нынешняя атака на Донбассе имеет много общего с апрельскими боями 2016 года. Тогда, напомним, возросло дипломатическое давление на Иреван, и, по всей видимости, в «форпосте» вместе со своими хозяевами решили, что лучший способ сделать Азербайджан «сговорчивым» — это совершить новые территориальные захваты, заодно ударив по интересам Турции. Но оказалось, что расклад сил уже не тот, каким он был в начале девяностых. А за день до нынешнего обострения на Донбассе Россия отказалась от встречи в «нормандском формате» и созвала Совет безопасности ООН. На таком фоне все напоминало не очень замаскированную попытку «ответить на е2-е4 прямым справа», то есть пустить в ход силу на фоне не лучшего для себя расклада в дипломатии. Только вот, вопреки расчетам, украинские боевые порядки устояли. Да еще России на Совбезе ООН пришлось ой как несладко. И вот на этом фоне понятно и другое. Бои в окрестностях Золотого не только в очередной раз продемонстрировали вероломство России от имени действующих под ее покровительством признанных и непризнанных сателлитов и форпостов, вне зависимости от того, носят ли их лидеры фамилию «Асад», «Пасечник», «Пашинян», «Саакян» или «Бибилов». Они еще и показали, как мало значат для той же Москвы обязательства по разводу войск, взятые на себя согласно той самой «формуле Штайнмайера». А это уже не просто традиционное вероломство кремлевских сателлитов. Это еще и тяжелейший удар по престижу евродипломатии, которая настоятельно рекомендовала Украине согласиться с этой самой формулой Штайнмайера, а теперь не знает, как реагировать, когда эту самую формулу Москва «пинает в хвост и в гриву». И жестокое предостережение: полученные от европосредников гарантии вряд ли стоит возводить в абсолют. И между соглашениями, освященными именем европейских политических тяжеловесов, в самой Европе и в Украине разница примерно такая же, как между отделкой квартиры в европейском городе и «евроремонтом» в хрущевской пятиэтажке где-нибудь в Горловке. Конечно, механический перенос планов урегулирования, «дорожных карт» и т.д. с «украинского» поля на «азербайджанское» вряд ли возможен. Но и в Карабахе, скорее всего, на каком-то этапе могут быть достигнуты соглашения, предусматривающие развод войск. И тут тоже вполне может появиться новый «штайнмайер», который предложит «отодвинуться» не только агрессорам и оккупантам, но и законной армии той страны, на территории которой идет война. И вот в этом случае нам как минимум не стоит забывать об уроках боев в местечке с названием Золотое. А еще помнить, как охотно армянские агрессоры заключали соглашения о прекращении огня в начале девяностых и как легко их нарушали, используя для прорыва как раз «точки» оговоренного отвода войск, «совместных постов» и т.д. И понятно, что в этом случае не стоит верить на слово не только агрессорам, но и посредникам. И четко оговаривать именно военные и силовые гарантии. Если, конечно, дело дойдет до полноценного дипломатического урегулирования и конфликт не будет решен военным путем. Нурани, политический обозреватель 

Путин угрожает ответить Эрдогану в Карабахе?

Выражение «управление огнем» хорошо знакомо профессиональным военным. Так называют автоматизированные системы, обеспечивающие в боевой обстановке обнаружение целей, их опознавание, подготовку вооружений и поражение. Иное дело — «управление огнем» в политике. Точнее, «закулисное дирижирование» конфликтами на чужой территории. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган открыто обвинил Россию в управлении конфликтом в Ливии посредством ЧВК «Вагнер», назвав имена министра обороны России Сергея Шойгу и начальника Генштаба Валерия Герасимова. Как отметил президент Турции, «это высшие военные чиновники. Они по-прежнему говорят, что не имеют к нему [«Вагнеру»] никакого отношения. В настоящее время Россия руководит войной на высшем уровне». И даже показал журналистам фотографию, где «кремлевский повар» Пригожин, глава ЧВК «Вагнер», заснят вместе с Шойгу и Герасимовым. В Москве, разумеется, все поторопились опровергнуть — в стиле «не знаем, где он это взял», и вообще такой-сякой Эрдоган накануне вел переговоры с Трампом, где обсуждались Сирия и Ливия. Немедленную «отмашку» получили пропагандисты, и в «Вестях недели» у Киселева уже появился полевой командир ливийской армии Хафтара, одетый, как выразился журналист, в «популярную с недавних пор на Ближнем Востоке российскую форму "Горка", один вид которой заставляет исламских террористов из Сирии распространять панические слухи о приехавших в Триполи русских». Чем, конечно, живо напомнил заявления Владимира Путина про «военную форму, которую можно купить в любом универмаге». Это заявление Эрдогана касалось Ливии, но корни его лучше искать в Сирии, куда Анкара перебрасывает танки, САУ и системы залпового огня и где Асад, решивший «зачистить» Идлиб, теперь нервничает и понимает, что расклад сил меняется не в его пользу. Словом, бои в Ливии и Сирии увязаны в один и тот же сценарий «жесткого клинча» интересов России и Турции, причем две страны находятся на волоске от непосредственного боестолкновения. Но самое примечательное, что российские эксперты уже включают в этот сценарий Карабах. Во всяком случае, российский эксперт Вячеслав Михайлов для начала признает, что апрельские бои 2016 года были продолжением российско-турецкого кризиса осени 2015 года (о чем Minval.az писал неоднократно). А затем вполне прозрачно намекает, что, дескать, и теперь, когда, по его версии, Турция «терпит поражение» в Сирии, она может поджечь «фитиль» в Нагорном Карабахе. Как уверен Михайлов, развязка может наступить уже нынешней весной, когда на оккупированных азербайджанских землях (сам эксперт предпочитает излюбленные армянскими агрессорами и их покровителями термины вроде «Нагорно-Карабахская республика») состоится балаган под названием «выборы президента», и Михайлов на полном серьезе уверяет: «Помешать «оккупационному режиму», как называют в азербайджанской столице карабахские власти, провести свою избирательную кампанию и демократической процедурой вновь утвердить реалии «на земле» в Карабахе, является заманчивой для Баку идеей». И эти его пространные рассуждения уже подхватывают и другие российские сайты в весьма характерной редакции: дескать, «эксперт предупреждает о том, что Турция, потерпев поражение на севере Сирии, может в качестве аргумента в военно-политическом торге с Россией разжечь войну в Закавказье, где Армения и Азербайджан уже длительное время сконцентрированы на откровенной подготовке к новым масштабным боевым действиям». Но вот в чем дело. Задуманный в оккупированном Карабахе выборный фарс вряд ли способен «утвердить на «земле»» какие-либо реалии, кроме распределения власти в самом оккупированном Карабахе. И уж точно не подтолкнет Азербайджан к немедленному военному вмешательству. Правда, там на фоне натянувшихся отношений Пашиняна с местной верхушкой не исключен силовой сценарий, и в таком случае Азербайджан получит серьезный повод вмешаться, но это уже другая история. Тем более странно звучат рассуждения этого и многих других экспертов о «поражении» России в Сирии. Да, асадовским силам удалось немного продвинуться до того, как в конфликт вмешалась Турция, но теперь, когда Анкара многократно нарастила близ Идлиба свой военный «кулак», ситуация меняется, причем не только для сирийского диктатора, но и для его московских защитников. Здесь, пожалуй, нужна ретроспектива. В феврале 2016 года, когда самолетный кризис уже полыхал вовсю, а апрельские бои еще не вспыхнули, у российских военных экспертов оказалось достаточно времени, чтобы проанализировать общий расклад сил. Во всяком случае, Павел Фельгенгауэр еще тогда отмечал: «Мы вошли в Сирию, не понимая, что мы входим в конфронтацию с Турцией. Очевидно, Путин был уверен, что с турками договорено и как-то мы все там поделим с Эрдоганом. Это была очень существенная ошибка, мы собирались воевать там с какими-то пастухами, на "Тойотах" пулеметы, а вовсе не с первоклассной военной державой. В этом сейчас главная проблема». Оставим в стороне гадание, договаривался ли Путин с Эрдоганом или решил, что Турция просто не посмеет пойти наперекор России. Важно другое: расклад сил оказался совсем не тем, к чему готовились и что планировали. Тот же Фельгенгауэр предупреждал: турецкий флот и авиация современнее российских, а в Сирии российские базы находятся в пределах досягаемости турецких РСЗО. Теперь, когда Турция нарастила свой военный кулак в Идлибе, обстановка еще больше сместилась не в пользу России. В результате война затягивается, она требует все больше ресурсов, пути снабжения войск растянуты и еще проходят по большей части через Босфор (а значит, Турция может их легко перерезать)…В результате Россия оказывается перед малоприятным выбором: или «сдать» Асада, или все глубже увязать в затяжной войне, требующей все больше ресурсов, и «сдать» Асада уже после того, как Сирия станет для России «вторым Афганистаном». Похожим образом развиваются события и в Ливии, где Москва тоже собиралась руками «вагнеровцев» воевать «с пастухами на «тойотах»» и где теперь эти «вагнеровцы» сталкиваются с регулярными турецкими войсками. А тогда уже рассуждения Михайлова получают другое прочтение. Судя по всему, сей эксперт не прогнозирует возможные попытки турецкого реванша, а как раз наоборот, готовит общественное мнение уже к попыткам России «взять реванш» на Южном Кавказе за все «тумаки», полученные в Сирии и Ливии, действуя при этом руками своего «форпоста». Как, кстати, это и происходило в апреле 2016 года. Но тот же апрель 2016 года продемонстрировал: Азербайджан оказался совсем не подходящим полем для такого «реванша». Поражение, причем тяжелейшее, понесла как раз Армения — любимый «форпост» Кремля. Теперь, конечно, российские эксперты могут по старой памяти превозносить боеспособность армянской армии, но вот проверять эти умопостроения «методом тыка» слишком опасно. Особенно на фоне публикации международных рейтингов. И да, тогда в дело не вмешалась всей своей мощью Турция. А в этом случае, как еще четыре года назад предупреждал Фельгенгауэр, «конечно, Турция в Крыму не высадится и в Сочи тоже, но если захочет, может занять Армению». Так что «форпосту» лучше крепко подумать, чем соглашаться на соучастие в такого рода играх Кремля. Правда, вряд ли у «форпоста» вообще будут что-то спрашивать. А когда станет «горячо», спасать в первую очередь тоже будут Сочи, а не Гюмри. Нурани, политический обозреватель

Идлиб провел красную черту: Эрдоган и Путин расходятся по сторонам

Ситуация вокруг сирийского Идлиба не только не проявляет признаков стабилизации, но и грозит спровоцировать международный конфликт более ожесточенного пошиба, нежели все предыдущие. То, что президент Турции Реджеп Эрдоган вынес приговор договоренностям с Москвой, достигнутым в Сочи, означает, что отныне главные фигуранты сирийского урегулирования расходятся по сторонам, и каждый из них будет поступать по своему разумению. Они будут заземлены на нейтрализацию позиции друг друга, чтобы выжать максимум из региональной драмы. Еще не так давно, пока мировые лидеры дистанционно выясняли отношения друг с другом на знойном театре действий, аналитические центры сходились во мнении, что исход жесткого противостояния должен возыметь серьезный эффект на мировой геополитический баланс. Получается, что все, кто предсказал скорый финал сирийской партии, не только ошиблись в прогнозах, но ударялись в неверную реконгнасцировку геополитической обстановки. Похоже, все только начинается, потому Вашингтон уже на протяжении последних дней вторично выразил полную поддержку Анкаре в противостоянии с Москвой и с ее союзниками. Помимо того, что США не сдали партнера по НАТО и региону, они же уверили его в наличии больших возможностей для наращивания более широкого присутствия Турции в Сирии и регионе. Не случайно о необходимости политического уничтожения Башара Асада громогласно высказался лидер турецких националистов Девлет Бахчали, заметив, что нельзя будет жалеть сил и средств, чтобы добиться давно поставленной цели. А цель эта, к слову, была изложена коллективным Западом еще десять лет назад. Вашингтон со своей командой понимал, что для переформатирования положения на Ближнем Востоке необходимо положить конец присутствию в Сирии России и Ирана. Ясное дело, почему понадобилось участие во внешнеполитической партии лидера одной из партий Турции. Старый прием, когда формирование сообразного общественного мнения в условиях военной обстановки становится стратегически важной задачей. В условиях конфронтации с внешним оппонентом внутренний консолидационный вектор становится незаменимым ресурсом. Если президент Эрдоган пригрозил сбивать все иностранные самолеты в небе над Идлибом, становится понятно, кому адресованы его предупреждения, и как должны позиционировать внутренние силы. Итак, Анкара наметила курс, согласно которого Дамаск, Москва и Тегеран отныне объявлены вне закона в одной отдельно взятой провинции Сирии, к которой не ровно дышат не столько региональные субъекты, сколько крупные игроки. Не зря американский госсекретарь Помпео, озвучивая позицию свой страны по части сирийского узла, презентовал новое понятие под названием «народ Идлиба». Это означает, что США намерены возродить платформу сопротивления недружественным силам. Она будет усилена, прежде всего, турецким военно-политическим контентом, а также проксисилами, которые разбрелись кто куда после поражения «Исламского государства» в первой фазе сирийской войны. Сегодня есть основания говорить о начале второй фазы, которая окажется более ожесточенной и адресной. Если еще три года назад многие акторы вели разведку и боевые действия без открытых забрал, то теперь все будет проистекать в очном порядке без использования отвлекающих средств и маневров. Впервые Дамаск и Анкара перешли к прямому вооруженному противостоянию. Еще в советские годы страны-соседи несколько раз были у порога войны, но Москва и Вашингтон их одергивали. Теперь же в условиях более суровых геополитических реалий стороны полны решимости поставить жирную точку в историческом споре. Но в нем имеется одна особенность. Если Анкара настроена решить, наконец, свой территориальный спор с усилением своего присутствия в расположении южного соседа, создать, наконец, буферную зону безопасности, то США желают добиться преимущества в регионе исключительно для себя. Это далеко идущий план, который призван убрать серьезные препятствия на пути движения Америки на Восток. Потому Вашингтон будет только аплодировать решительности Эрдогана, обещая ему всяческую помощь. Белый дом настроен решительно в одном – достать каштаны из пламени турецкими руками. Америка всегда проявляла крайнее раздражение самим фактом существования Астанинского процесса, в котором видела только зло. Теперь же, когда этот процесс с треском провалился, США спокойно переводят дух и аккуратно выстраивают новую парадигму переустройства в регионе, где не так давно ощутили себя в роли слабого звена. Вашингтон видит в активности Турции возможность реванша в перетягивании каната с вечными соперниками. То, что сирийские войска впервые за последние годы взяли под контроль стратегическую трассу  Дамаск-Алеппо, стало своеобразным сигналом для действия против антибашаровских сил. Они, как видится, более не имеют права полагаться на счастливый поворот судьбы и должны координировать действия для решающего удара по власти Асада. Первые жертвы с турецкой и сирийской сторон стали предтечей критического разворота. Огонь из крупнокалиберных орудий с использованием бронетехники говорит в пользу неотвратимости жесткой эскалации. Так, снижается шанс на использование дипломатических средств. Возможно, у сторон остается последний шанс, чтобы воспользоваться преимуществами некогда созданных зон де-эскалации во избежание самого нежелательного. Тофик Аббасов, аналитик

  • Azərbaycanlı aktrisa dərin sinə dekoltesi ilə göz qamaşdırdı - FOTO
medianews